Данные о составе и движении народонаселения Империи

Однако малое количество пропусков во многом объяснялось фактической невозможностью для ревизоров обнаружить факты утайки. Видный статистик дореформенной России Д. П. Журавский резонно указывал, что губернский чиновник, выехавший на место для проверки ревизских сказок, не имел возможности провести ее путем учета наличного населения. Фактически у него в распоряжении было лишь одно средство обнаружить пропуски: «донос или местное указание». Но рассчитывать на эффективность такого средства было трудно. Полезно вспомнить, как оценивал официальную статистику населения управляющий ЦСК А. Г. Тройницкий. В отчете о занятиях Статистического отдела в 1859 г, характеризуя учет населения, проводившийся органами МВД, он писал: «Данные о составе и движении народонаселения Империи не имеют для нас до сих пор настоящего основания и не представляют достаточно положительных результатов ни для администрации, ни для науки. Переходя к хорошо знакомым ему материалам 10-й ревизии, А. Г. Тройницкий прямо указывал: «не более удовлетворительными оказываются и результаты последнего официального народа-исчисления по 10-й народной переписи, оконченной в 1858 г. Несмотря на всю свою дефектность, числовые данные ревизий, безусловно, имеют немалое значение и интерес для характеристики экономического строя царской России. Говоря о точности ревизий, П. И. Кеппен полагал, что их учащение «также много способствовало бы к большей их точности, облегчая в особенности разрешение сомнений посредством метрических книг, к которым обязаны прибегать чиновники, производящие местную проверку общей народной переписи. В качестве образцового примера он приводил Финляндию, где ревизии производились через каждые пять лет, а пасторы ежегодно сообщали о движении народонаселения в своих приходах.